Размышления советского эмигранта в Америке на стыке тысячелетий.

«Джейн Спитфайр. Шпионка и чувственная женщина» — это искрометная и захватывающая история бразильского писателя Аугусто Боала о приключениях американской шпионки в вымышленной латиноамериканской стране. Джейн Спитфайр, эдакая современная «мата хари», получает задание: добыть пять магических формул...

Юго-Запад США задыхается от невиданной засухи. Аризона яростно защищает жалкие остатки воды, считая их своей собственностью и не брезгуя никакими методами. Но даже в такой обстановке есть те, кто умеет заработать — журналисты, охотящиеся за сенсациями.

Известный, но выгоревший писатель приезжает в тихий посёлок, чтобы найти вдохновение и сбежать от себя. Местные — вежливы, слишком вежливы. Все как один читали его старую книгу. Все что-то знают. Заброшенный элеватор — лишь точка на карте. Но что, если это не просто здание? «Мы вас очень ждем» —...

Роман написан в форме личного дневника, где путевые заметки переплетаются с глубокими философскими размышлениями. Сквозь описание странствий герой ищет смысл жизни и смерти, вспоминая женщину, покончившую с собой, и друга, ушедшего от болезни. Путешествие становится не просто дорогой по миру, а...

Месть придворного шута — даже если он карлик и калека — своему королю может быть невероятно страшна, жестока, безумна. Классическая новелла Эдгара По на нескольких страницах содержит простую мораль: одна жестокость рождает другую. Месть свершится на маскараде…

Бандиты прячут взрывчатку в авторучку и подсовывают конкуренту. Ручка должна взорваться когда ей начнут набирать чернила. Гениально? Да! Но только случай распоряжается ручкой иначе.

Определить жанр этого романа вряд ли возможно, поскольку он вмещает в себя отчасти и детектив (хотя и без привычного расследования), и приключения (хотя и без погони), и любовно-романтическую интригу, связывающую воедино все хитросплетения сюжета. Жизнь красавиц лондонской аристократии причудливо...

Он родился и вырос свободным среди буйной природы Гавайев, где жизнь текла спокойно и счастливо. Но всё изменилось, когда страшная болезнь лишила его права быть частью общества. Теперь на него и тех, кто разделил его судьбу, охотятся, как на опасных зверей, — лишь потому, что они стали жертвами...

Обычный охранник торгового центра становится героем после того, как, по его словам, остановил массового убийцу. СМИ превозносят Рэнди как образец гражданской доблести, символ «хорошего парня с оружием». Но чем сильнее растёт его слава, тем больше тайн всплывает на поверхность. Кто он на самом деле...

Мавританку Зульму, живущую в городе Туре, обвиняют в сговоре с дьяволом. Виновна ли она? Продалась ли Нечистому? Сожгут ли её на костре?

Прослушайте, пожалуйста, три абсурдно коротких абсурдистских рассказа. Только не прослушайте их. 1. Похожие прохожие 2. Я ошалел среди безумных… 3. Каннибал-философ

Василий Васильевич Зеньковский (1881-1962) — крупнейший представитель гуманистической мысли русского зарубежья, широко известный в Европе православный деятель, богослов, историк русской философской мысли, литературовед. Основой для книги 'История русской философии' (1948-1950) послужил...

Когда миссис Моупинг с дочерью Анджелой решают навестить мужа и отца, уже десять лет находящегося в психиатрической клинике, их ждёт не то, что они ожидали. Лорд Моупинг не стремится к встрече, а вот его опекун, добродушный мистер Лавдэй, давно ставший частью этого места, мечтает лишь об одном — о...

Оказывается, человек способен искренне осуждать убийство живых существ — и при этом с аппетитом есть мясо. А кто-то идёт ещё дальше, превращая подобную двойственность в религию, лишённую притворных аллегорий и лжи, каких хватает в христианстве.

Святослав Пирогов продолжает работу в клинике. Его силы растут. Он обрастает помощниками. Но тайна смерти предшественника по-прежнему висит над ним, точно Дамоклов меч. И ему нужно узнать правду раньше, чем враги сделают решающий ход. Конечно, если у них это получится...

Когда вы решили купить микроволновую печь, то идете в магазин. Там узнаете, что они бывают простыми, с грилем, с грилем и конвенцией, встроенные или отдельностоящие, черные, белые, оранжевые. Вы начинаете искать подробности в интернете и читаете статьи об устройстве магнетрона, чтобы понять, какая...

Алексей Толстой писал: «Исторический роман не может писаться в виде хроники, в виде истории. Нужна прежде всего композиция, архитектоника произведения. Что это такое, композиция? Это прежде всего установление центра, центра зрения». В романе Толстого таким центром является фигура Петра...

Конец девяностых глазами ученика одной из неблагополучных провинциальных школ. Его мысли и заметки об одноклассниках и учителях, записанные в темно-синюю тетрадку. О людях и «уродах». О травле и издевательствах, о любви и бедности, о надеждах и мечтах, о жизни в то непростое время. Конец девяностых...