Он был последним и величайшим иллюзионистом в мире, где магия уступила место скуке, а чудеса — авангардистским беседам. Даниин возродил утраченное искусство обмана, покоряя публику невероятными трюками. Его дебют с обнажённой марсианкой взорвал условности, но это было лишь начало. Каждое выступление должно было превзойти предыдущее в эпоху, когда телевидение мгновенно поглощало любое новшество. Работа с ним была адом для его ассистентки Аиды — хрупкой марсианки, безответно влюблённой в своего мучителя. Он обращался с ней грубо, а его измены разбивали её сердце. Однажды она призналась бутафору Берроу, что ненавидит и любит одновременно. Берроу, сочувствуя ей, предложил Даниину новый, умопомрачительный трюк — освобождение из бутылки Клейна, топологического объекта, не имеющего внутренней и внешней стороны. Иллюзионист ухватился за идею, раздув вокруг неё бешеную рекламу и бросив вызов ведущим учёным. Подготовка к сенсации шла полным ходом, а страдания Аиды лишь усиливались…
