«Несогласуемые между собой, не сводимые воедино представления о Мандельштаме – словно проекция трехмерного тела на плоскость, — пишет о поэте Сергей Аверинцев. — Поэзия, по Мандельштаму, — пространство даже не трехмерное, а четырехмерное… Поэтому Мандельштама так заманчиво понимать – и так трудно толковать».
