Я пришёл в себя в XIX веке — в чужом теле, в теле мальчишки, которого едва не забили насмерть. Не больничная палата — а хлев и копна сена, не современное оружие — а кнут и шашка, не спецназ — а станичные казаки, признающие только свои порядки. Со мной остаются опыт закалённого бойца и...